ENGRUS

Грузия: Конституционные поправки могут ослабить конкурентов правящей партии

НОВОСТИ / АНАЛИТИКА. Спикер грузинского парламента Ираклий Кобахидзе недавно изложил предлагаемые его партией поправки к конституции. К их числу относится переход к полностью пропорциональной избирательной системе, за которую уже давно ратуют организации гражданского общества. Но результатом этих поправок может стать ограничение политической конкуренции.

Предлагаемая реформа приведет к трем значительным изменениям. Во-первых, она покончит с нынешней смешанной системой определения состава парламента, заменив ее голосованием исключительно по партийным спискам. Во-вторых, согласно предлагаемому плану, голоса, отданные за партии, которым в конечном итоге не удастся преодолеть 5-процентный барьер для прохождения в парламент, будут присуждаться лидирующей по итогам голосования партии. И, в заключении, будет введен запрет на формирование электоральных альянсов. Весьма иронично, что последнее предложение исходит от «Грузинской мечты», пришедшей к власти в качестве коалиции ряда партий. Некоторые эксперты предупреждают, что предлагаемые изменения могут исказить избирательную систему в пользу сил, находящихся в данный момент у власти, и привести к откату назад в деле развития гражданского общества.

Чтобы проверить утверждение о том, что предлагаемые реформы могут помешать демократическому развитию Грузии, организация CRRC проанализировала, как бы распределились места между партиями на прошлых выборах при продвигаемой правящей партией новой системе.

В рамках данного исследования, организация CRRC проанализировала возможные сценарии при (а) ныне действующей в Грузии смешанной системе, (б) предлагаемой сейчас пропорциональной системе с голосованием исключительно по партийным спискам и присуждением лидирующей партии голосов, отданных за не прошедшие в парламент партии, и (в) пропорциональной системе с голосованием исключительно по партийным спискам, но без присуждения лидирующей партии голосов не прошедших в парламент партий.

В результате эксперимента выяснилось, что в 2008 и 2016 годах, когда на выборах доминировала какая-то одна крупная партия, правящая партия получила бы практически одинаковое число мест в парламенте как при нынешней смешанной системе, так и при предлагаемой пропорциональной системе с присуждением лидирующей партии голосов не прошедших в парламент партий. Между тем при пропорциональной системе без присуждения лидирующей партии голосов не прошедших в парламент партий правящие партии потеряли бы значительное количество мест в законодательном органе, но все равно сохранили бы большинство.

В этой связи представляется, что при сценарии, когда на выборах столкнутся две почти равные по силам партии, предлагаемые сейчас изменения создадут значительные преимущества для правящей партии.

Примером являются выборы 2012 года, когда коалиция «Грузинская мечта» и Единое национальное движение столкнулись в равной и ожесточенной схватке. В рамках эксперимента CRRC обе партии получили бы практически одинаковое число мест в парламенте как при нынешней смешанной системе, так и при предлагаемой пропорциональной системе без присуждения лидирующей партии голосов не прошедших в парламент партий. А вот при предлагаемой спикером Кобахидзе пропорциональной системе с присуждением лидирующей партии «бесхозных» голосов выигравшая с минимальным отрывом партия получила бы значительные преимущества.

Ходя с виду предлагаемые «Грузинской мечтой» поправки в некоторых ситуациях имеют определенные плюсы по сравнению с нынешней системой, в условиях высокой раздробленности в среде политических партий – которая, кстати, имеет место и сейчас – эти поправки будут сильно склонять чашу весов в пользу правящей партии.

Примером для демонстрации этого являются парламентские выборы 1995 года, когда за место в законодательном органе боролись более 50 партий, и свыше 62% голосов избирателей были отданы за партии, не преодолевшие 5-процентный барьер для прохождения в парламент. При предлагаемой ныне «Грузинской мечтой» системе партия «Гражданский союз» получила бы на тех выборах не 107, а 187 из 235 мест в парламенте.

Кроме того, «Грузинская мечта», пришедшая к власти в качестве коалиции, теперь предлагает запретить формирование таких коалиций. Подобная поправка, в сочетании с присуждением лидирующей партии голосов не прошедших в парламент партий, скорее всего создаст значительные преимущества для находящегося у руля политического объединения.

При предлагаемой системе каждая партия должна будет либо баллотироваться самостоятельно, либо объединиться с другими партиями не просто в коалицию, а в новую, единую партию. На практике это правило будет препятствовать электоральной консолидации, которая часто способствует формированию стабильных парламентов в подлинно плюралистических системах. Если эти предложения будут реализованы в нынешнем виде, вполне вероятно, что новые правила приведут к увеличению количества мест в парламенте, присуждаемых партии с наибольшей долей голосов.

Даже без этих изменений политические партии Грузии в последние годы страдают от раздробленности. «Грузинская мечта» была когда-то шестипартийной коалицией, а теперь состоит из одной большой партии («Грузинская мечта») и двух второстепенных партий (консерваторов и социал-демократов). Остальные входившие в первоначальную коалицию партии теперь независимы. Между тем Единое национальное движение (ЕНД) тоже распалось на ряд партий, сначала в 2012-2016 гг., когда ряд членов ЕНД откололись и сформировали партии «Гирчи» и «Новая Грузия», а потом, совсем недавно, большинство депутатов партии вышли из нее и создали партию «Движение за свободу – Европейская Грузия».

Также вызывает озабоченность проблема темных денег в избирательной системе. Вполне возможно, что действующие власти потенциально могут (через посредников) оказывать помощь небольшим партиям, чтобы отобрать голоса у потенциальных конкурентов. Подобное в Грузии уже случалось. Например, когда парламент контролировался ЕНД, Христианско-демократическая партия фактически являлась партией-сателлитом. Кроме того, «Гирчи» и «Новая Грузия» после отделения от ЕНД смогли сразу открыть большое количество отделений по всей стране. Пока неясно, откуда у них взялись деньги на такие значительные расходы.

Предлагаемые избирательные реформы могут столкнуться с оппозицией со стороны гражданского общества, а президент Георгий Маргвелашвили может наложить на них вето. Но «Грузинская мечта» обладает конституционным большинством в парламенте, а значит, она может преодолеть президентское вето, как это уже случалось в прошлом.

Для укрепления демократической политической системы Грузии необходима консолидация партий, а не дальнейшая их фрагментация. Предлагаемые реформы избирательной системы вряд ли будут способствовать консолидации, и вместо этого, по всей видимости, создадут множество стимулов для дальнейшего дробления политического ландшафта. В лучшем случае данные изменения – это два шага вперед и один шаг назад. В худшем случае они могут подавить политическую конкуренцию в Грузии.

Дастин Гилбрет является аналитиком CRRC-Грузия. Давид Сичинава является старшим аналитиком CRRC-Грузия.