ENGRUS

Китай стремится получить еще больший кусок туркменского газового пирога

НОВОСТИ / АНАЛИТИКА. Ожидается, что Китай будет представлен крупной делегацией на 28-й сессии Конференции Энергетической хартии, которую планируется провести в столице Туркменистана Ашхабаде 28-29 ноября. Китайские официальные лица ставят целью расширение импорта энергоресурсов из Центральной Азии, особенно из Туркменистана, и продвижение проектов, связанных с инфраструктурным мегапроектом «Один пояс, один путь» стоимостью 1 трлн долларов.

Договор к Энергетической хартии был принят в 1994 году и призван обеспечить твердую юридическую основу для развития трансграничных энергетических проектов в Евразии, включая инвестиции и транзит. Подписантами являются по большей части европейские и постсоветские государства. Китай получил статус наблюдателя в 2001 году.

Хотя экономический рост в Китае замедлился, спрос на энергоносители остается высоким. По данным компании BP, потребление нефти в 2016 году выросло на 3,3%; в 2005-2015 годах среднегодовые темпы роста составляли 5,7%. Потребление газа в 2016 году увеличилось на 7,7%; в 2005-2015 годы оно росло в среднем на 15%.

По прогнозам Международного энергетического агентства, спрос на газ в Китае будет расти на 8,7 процента в год до 2022 года. Собственные энергетические запасы Китая незначительны, поэтому ему необходимо расширить доступ к международным источникам. Кроме того, Пекин уделяет особое внимание наращиванию сухопутных путей поставок, чтобы уменьшить зависимость от морских поставок через Малаккский пролив, который могут легко перекрыть в случае потенциального конфликта.

В этой связи Китай уделяет особое внимание наращиванию импорта природного газа из Туркменистана. По сообщениям, эта центральноазиатская страна обладает четвертыми по величине запасами газа в мире, и в 2016 году Туркменистан поставил в Китай примерно 30 млрд кубических метров «голубого топлива». (Учитывая закрытый характер политической системы Туркменистана, точных данных в открытом доступе нет).

Согласно опубликованному компанией BP в июне 2017 года «Статистическому обзору мировой энергетики», в 2016 году Китай импортировал около 38 млрд кубометров газа трубопроводного газа и еще 34,3 млрд кубометров сжиженного газа (СПГ). Из природного газа, импортируемого по трубопроводу, на долю Туркменистана приходилось около 77% (топливо было поставлено по газопроводу из Центральной Азии в Китай протяженностью 3666 километров). На фоне сокращения экспорта в Иран и Россию, Китай стал единственным крупным покупателем туркменского газа, являющегося важнейшим источником доходов для авторитарного режима президента Гурбангулы Бердымухамедова.

Китай уже инвестировал миллиарды долларов в разработку туркменских газовых месторождений. В 2009 году Китайский банк развития предоставил Туркменистану первоначальный кредит в размере 3 млрд долларов на разработку газового месторождения Галкыныш (также известного как Южный Йолотань-Осман), а через два года Ашгабат получил дополнительный транш в размере 4,1 млрд долларов.

Кроме того, консорциум во главе с Китайской национальной нефтяной корпорацией (CNPC) заключил в 2009 году соглашение о разделе продукции (PSA) на месторождении Галкыныш на сумму 10 млрд долларов. К тому времени в портфеле CNPC уже имелось схожее соглашение по нефтегазовому проекту Багтыярлык, охватывающему несколько месторождений, включая Саман-Депе и Алтын Аср.

По галкынышскому соглашению, Туркменистан обязался ежегодно поставлять в КНР 30 млрд кубометров газа в течение 30 лет. Но Пекин и Ашгабат намерены довести ежегодные объемы экспорта в Китай до 65 млрд кубометров – 30 млрд с Галкыныша, а остальное должны покрыть Багтыярлык и прочие месторождения.

Главным препятствием для реализации этой цели является отсутствие достаточных экспортных мощностей. Существующая сеть трубопроводов в Китай работает практически на пределе возможностей, а расширение сети пока приостановлено. Между тем экономика Туркменистана испытывает значительные трудности из-за резкого снижения экспортных доходов, вызванного низкими ценами на энергоносители. Китайские официальные лица надеются, что на вышеупомянутом съезде в Ашхабаде удастся сдвинуть вопрос о строительстве новых трубопроводов с мертвой точки.

На съезде китайские чиновники также будут искать возможности продвинуть инициативу «Один пояс, один путь», целью которой является наращивание китайского экспорта в Европу и страны Евразии.

Торговля КНР с государствами Центральной Азии напоминает одностороннюю дорогу: в Китай из региона текут энергоносители и сырье, а обратно почти не приходит дорогостоящей продукции. Например, Туркменистан импортирует китайской продукции на 815 млн долларов, что составляет всего 0,035% общего объема китайского экспорта, достигающего 2,3 трлн долларов.

Ожидается, что китайские финансовые учреждения окажут поддержку китайским компаниям, занимающимся расширением железнодорожной инфраструктуры Туркменистана. В прошлом году открылась новая железная дорога, соединяющая Казахстан, Туркменистан и Иран: в феврале 2016 года поезда совершили первые 14-дневные рейсы из китайской провинции Чжэцзян на побережье Тихого океана в Тегеран. Кроме того, Китайская железнодорожная корпорация (CRC) предложила построить 3200-километровую высокоскоростную железную дорогу «Шелковый путь», которая соединит город Урумчи на западе Китая с Казахстаном, Узбекистаном, Кыргызстаном, Туркменистаном и Ираном.

Также ожидается, что Китай сможет нарастить объемы экспорта после завершения строительства 635-километровой железной дороги Туркменистан-Афганистан-Таджикистан (ТАТ) стоимостью 2 млрд долларов. Туркменистан завершил строительство своей части дороги в ноябре 2016 года.